Роджер Макбрайд Аллен. Полет над бездной

ведь бывают разными и города, и океаны, и джунгли - редко бывает, чтобы

слово "мир" обозначало какое-то одно понятие. В мире лугов непременно

окажется гора или две, в мире вулканов вы обнаружите воронки от падения

метеоритов; на птичьей планете будут и насекомые.

Но Центральная Станция просто велика - велика настолько, что не

укладывается ни в какие мерки. На ее поверхности слишком мало

отличительных особенностей, которые позволили бы определить на глаз,

каковы их размеры.

Вводит в заблуждение не только величина Станции, но и то

обстоятельство, что она вращается вокруг своей оси. Вращение свойственно

всем планетам, но постороннему наблюдателю оно не заметно. Хотя

Центральная Станция вращается неторопливо, чинно, но вращение это можно

наблюдать.

Способы создания искусственней гравитации на космической станции или

корабле, не прибегая к вращению их вокруг своей оси, известны еще со

времени основания Старой Республики. Люку никогда не доводилось видеть

вращающейся космической станции. Зрелище это показалось ему

неестественным, отнюдь не в порядке вещей.

Ну, что за глупые сравнения приходят ему в голову? Разве это в

порядке вещей, если речь идет о кораблях-звездопроходцах и космических

станциях?

Но озадачивали Люка не просто размеры станции или ее вращение, нечто

иное, более основательное. Дело в том, что станция стара. Стара по любым

человеческим меркам. По меркам любого разумного существа. Настолько

стара, что никто не знает, когда, кем и зачем она была создана.